Феерический фейерверк

История из той прекрасной эпохи, когда слово “безопасность” вроде бы существовало, но на мероприятиях его часто использовали как декоративное. Ну знаете, где-то написали в плане, поставили галочку — и всё, безопасность как будто случилась.

Был у нас один местный депутат. Хотя “депутат” — это, пожалуй, слишком солидно. Депутатушка местного разлива. Такой человек, который перед выборами внезапно вспоминает, что у него есть народ. Бабушки, дети, школы, стадионы, дворы, лавочки, всё родное, всё любимое, всё надо срочно обнять и сфотографировать.

Обычно такие люди действуют проверенными методами. Кто-то гречку раздаёт. Кто-то обещает бабушкам вечную жизнь, новый асфальт и чтобы пенсия сама приходила с поклоном. Кто-то школе ручки подарит — и всё, уже благотворитель, меценат, отец района.

А этот решил: нет. Ручки — это мелко. Гречка — скучно. Надо так, чтобы народ потом неделю обсуждал.

И организовал мероприятие на школьном стадионе.

Прямо большое. С концертом. С песнями. С плясками. С какой-то известной на тот момент дивой, которая должна была выйти, спеть, помахать рукой и создать ощущение, что район внезапно стал культурной столицей. Ну и, конечно, финал — фейерверк.

Потому что если ты местный депутатушка и хочешь впечатлить людей, тебе мало просто сказать: “Я за вас”. Надо, чтобы над людьми что-нибудь взорвалось.

Причём идея-то была понятная: праздник, музыка, дети, народ, небо красивое, салют. Все довольны. Все говорят: “Вот это мероприятие! Вот это кандидат! Вот это человек старается!”

Но реальность, как обычно, посмотрела на эту идею и сказала: “Сейчас будет интереснее”.

Началось всё нормально. Люди собрались на стадионе. Кто-то пришёл с детьми. Кто-то просто потому, что бесплатно. Кто-то посмотреть на диву. Кто-то, возможно, вообще мимо шёл, но увидел движуху и решил: ну ладно, постою, хуже не будет.

Спойлер: будет.

Концерт прошёл как концерт. Музыка, сцена, микрофоны, торжественные лица, депутат где-то там светится, как человек, который уже мысленно видит себя на плакатах чуть крупнее. Дива отработала номер. Народ похлопал. Всё шло по плану.

А потом начался фейерверк.

И тут внезапно выяснилось, что это будет не просто фейерверк. Это будет фейерверк в формате 5D. С полным погружением. С запахом, звуком, пеплом, риском для одежды и лёгким пересмотром жизненных ценностей.

Первые залпы были красивые. Ну правда. Бахнуло, вспыхнуло, народ такой: “Ооо!” Дети радуются, взрослые улыбаются. Небо сверкает.

Потом оно стало бахать как-то слишком близко.

Не “где-то в небе”. А вот прямо над головой. Настолько близко, что ты уже не зритель, а участник. Ты не смотришь фейерверк — ты находишься внутри его творческого замысла. И замысел этот, честно говоря, вызывает вопросы.

Я стою и думаю: ребята, а кто-нибудь вообще рассчитывал, где это должно взрываться? Есть же, наверное, какие-то правила. Расстояние, высота, ветер, куда летят осколки, что будет, если коробку поставили не туда. Физика там, химия, здравый смысл, инстинкт самосохранения.

Но по ощущениям схема была такая: купили фейерверки, поставили, подожгли, доверились судьбе.

И судьба начала сыпаться на людей.

Сначала просто пепел. Ну, думаешь, ладно, праздник, бывает. Потом какие-то обгоревшие хлопья. Потом уже куски картонок, коробок, какие-то горячие ошмётки пиротехнической радости. Всё это летит вниз — на головы, на куртки, на волосы, на детей, на людей, которые ещё пять минут назад просто хотели культурно провести вечер.

Разрывы идут прямо над стадионом. Бахает так, что внутри просыпается не радость, а древний инстинкт: “Беги, женщина, беги”. И ты стоишь такая, вроде взрослая, вроде должна сохранять достоинство, но мозг уже предлагает варианты: лечь на землю, спрятаться за кого-нибудь покрупнее, закрыть ребёнка, бежать к выходу или хотя бы сделать вид, что это всё нормально и ты просто очень внимательно смотришь на салют.

В какой-то момент я реально подумала: всё, сейчас нас тут поджарит во имя местного самоуправления.

А вокруг праздник продолжается. Бахает, сверкает, народ визжит. Причём уже невозможно понять — это восторг или человек только что поймал горящий лепесток за воротник. Кто-то смеётся, кто-то отряхивается, кто-то смотрит вверх с лицом “почему я не остался дома”.

И надо признать: зрелище было незабываемое.

Когда всё наконец закончилось, люди начали выходить со стадиона. И вот это был уже отдельный парад последствий. Все в пепле. На одежде мелкие дырочки. Кто-то отряхивает плечи. У кого-то куртка выглядит так, будто она участвовала в боевых действиях. У кого-то волосы пахнут палёным. У всех лица такие: “Мы пришли на концерт или нас только что слегка обстреляли?”

Мы тоже вышли оттуда совершенно впечатлённые. В пепле, с подпалинами, с ощущением, что мероприятие удалось настолько, что лучше бы оно чуть-чуть не удавалось.

Маша тогда была маленькая. И, видимо, стресс у неё был такой силы, что мозг просто решил: “Нет, это ребёнку не оставляем. Удалить. Очистить корзину. Жить дальше”. Потому что она потом, кажется, вообще этого не помнила.

И я её понимаю. Иногда психика работает лучше любого родителя: увидела фейерверк местного депутата — и сразу всё затёрла, чтобы человек вырос нормальным.

А я помню.

Прекрасно помню.

И теперь, когда кто-то говорит: “Ой, был такой шикарный фейерверк”, я всегда думаю: вы просто не видели настоящий. Настоящий — это когда ты не просто смотришь, как красиво взрывается небо. Настоящий — это когда ты выходишь со школьного стадиона в пепле, с дырочками на одежде, слегка переосмыслив жизнь и местные выборы.

Вот честно, я даже не знаю, что теперь может переплюнуть тот фейерверк.

Разве что если на следующих выборах кто-нибудь решит для народа запустить ракету. Прямо со школьного двора. Для детей. Для праздника. Для явки.